Прогулка городская. Вдоль крепостной стены, первых гордских дорог и Набережной космонавтов

sorokin

Игорь Сорокин
музейщик

Как и любой город на высоком берегу, Саратов был изначально ориентирован на реку, эту магистраль жизни: он не только глядел на Волгу, но и гляделся в неё. Саратовскую Набережную космонавтов можно сравнить с новым кружевом, пристроченным к подолу старинного города: она парадна и блестяще выполняет представительские функции — встречает с Волги. И вглядываясь в её оборотную сторону, поднимаясь взвозами, проходя дворами, можно обнаружить довольно много свидетельств прошлого.Вдоль крепостной стены, первых городских дорог и набережной космонавтов

Владимир Милашевский в своей детской памяти нашёл верное определение для той террасы, что тянется над Волгой между двумя обрывами — «взгорье»: «От собора идёт по взгорью длинная улица — Большая Сергиевская. Всё, что направо от неё, если идти на юг, называется улицами, всё, что налево, к Волге … — «взвозы». (В. А. Милашевский. «Вчера, позавчера»). Именно эта улица и стала стратегическим направлением развития города. В XIX веке она послужила основополагающим диаметром крепко затверженного за полтора столетия полукруга, прочерченного екатерининским планировщиком Гесте, а в ХХ-м веке, став уже Чернышевской, «выстрелила» активным развитием Заводского района.
Изначально улица Чернышевского пролегла между двумя обрывами на равном от них безопасном расстоянии. Эти обрывы — грани надпойменных террас — фиксируются сегодня улицами Лермонтова (бывшая Покровская) и Мичурина (бывшая Малая Сергиевская). Если идти на юг, улица Чернышевского направо всходит в город, налево взвозами «ныряет» к Волге.

progylka-4-1

Берег Волги в районе села Синенькие. Фото А. Башкатова

Тому, кто знает Волгу, легко представить, как мог выглядеть берег изначально, до строительства на этом месте деревянной крепости, а затем города из камня: обрыв, ещё обрыв, два гигантских шага до ровного поля, долго потом взбирающегося к Лысой горе, обнятого урочищами, изрезанного овражками и ручейками. Эти обрывы задали естественные границы строителям города, ручьи определили шаг застройки, оставив возможность дождевой или талой воде беспрепятственно «улетать» в Волгу. Первый обрыв служил естественной преградой врагу, вдоль него была построена деревянная стена и поставлены для наблюдения башни. Второй обрыв «прикрывал» крепость с поля. На мысу на самой высокой точке была построена «Ногайская башня». От этой высокой точки в две стороны — к Волге и урочищу с быстрой речкой (названному впоследствии Глебовым оврагом) — под уклон спускались родниковые овражки. Они — естественная преграда, затем усиленная валом и стеной. Ручьи, проточившие обрыв, стали в будущем, когда военное значение места утратилось, а торговое, напротив, возросло, теми самыми взвозами, по которым с Волги «взвозили» товары. Наблюдательный Константин Федин писал:

«Взвозы круты и тяжелы для подъёма, … в ростепели потоки воды буйно мчатся по взвозам в реку… Солнце не может равняться по часовому маятнику, когда шумит и кудряво скачет на булыжнике жёлтая вода». (К. А. Федин, Братья).

progylka-4-6

Троицкий взвоз. Фото братьев Леонтьевых. 1920-е

Сейчас трудно представить, что Лермонтова-Покровская, эта короткая улочка, закрытая от Волги чередой пятиэтажек, была когда‑то одной из основных улиц в городе. В середине XIX столетия А. Н. Минх, отдав право улицам Московской и Большой Сергиевской именоваться лучшими, Покровскую относит к числу «изрядных»:

«Покровская от Старого Собора почти параллельно между Волгой и Сергиевской, на ней женский монастырь Воздвижения Честного Креста, далее красивой архитектуры Покровская церковь (правильнее Введенская), несколько больших частных домов: Каниных, Е. А. Ивановой, Смолова и др. Покровская улица кончается площадью, которая соединяет её с Сергиевской».

 

progylka-4-2

Вид Саратова с колокольни Троицкого собора в сторону Крестовоздвиженского женского монастыря. Фото после 1903 г. Источник oldsaratov.ru
1. Церковь Воздвижения Честного Креста 2. Церковь Николая Мирликийского 3. Часовня Крестовоздвиженского монастыря 4. Церковь Покрова Пресвятой Богородицы 5. Церковь Введения Пресвятой Богородицы 6. Церковь Сергия Радонежского

Именно эта площадь и фиксировала, скорее всего, место поворота городской стены и, соответственно, место упразднённой угловой башни. Судя по тому, что об этом «дальнем угле» не сохранилось значимых свидетельств, он не играл особой роли в жизни крепости. Чего, разумеется, не скажешь о Царицынских воротах, расположенных выше. Они являлись средоточием сил южного направления. Дорога на Царицын-Астрахань выходила из первоначального города в районе сегодняшнего музея К. А. Федина. Необходимость ограничить крепость именно в этом месте была продиктована физикой местности. Родник, некогда вытекавший где‑то в районе сегодняшнего «Антея», угадывается (предполагается) по саду в угодьях князя Баратаева, по свидетельствам об овражке и по бульвару, возникшему на месте рва. Ров, ограничивающий крепость, был засыпан навозом по приказу воеводы Казаринова в 1753 году и впоследствии сделался Князевским взвозом.
Ф. В. Духовников, угадывая границы крепости по насыпному грунту, описывает, что после кромки Глебучева оврага

«вал и ров, поворачивая, пересекал Михайло-Архангельскую площадь, шёл по Полицейской улице и наконец спускался чрез бульвар, что против церкви Сергия, к Волге: ров или, как называли его, овраг, существовал в этом месте даже в начале нынешнего столетия (то есть в начале XIX века — И. С.), что помнят старожилы <…> В этом‑то направлении встречается или навоз, или рыхлая почва. Когда стали строить дом Брюханова (угол Большой Сергиевской улицы и Князевского переулка), то встретили свежий навоз: настоящий же грунт нашли на глубине более двух сажен. <…> Всё‑таки на фундамент дома Брюханова пошло кирпича столько, что можно было бы, по уверению некоторых лиц, выстроить и ещё такой же дом».

progylka-4-3

План Саратова. 1746. Фрагмент. РГВИА.
Красным цветом нанесены направления улиц и береговой линии современного Саратова.
1. Вал кругом города 2. Ворота Московские 3. Башня старого города (Ногайская башня) 4. Царицинские ворота 5. Церковь соборная Живоначальной Троицы 6. Церковь Введения Пресвятой Богородицы 7. Церковь Рождества Пресвятой Богородицы 8. Церковь Казанской Пресвятой Богородицы 9. Церковь Архистратига Михаила 10. Монастырь Спаса Преображекния 11. Монастырь Воздвижения Честного Креста

То есть здесь, в самом начале улицы Октябрьской (бывшей Полицейской) — от памятника К. А. Федину до магазина «Антей» — пролегла незримая граница, ощутимая и сегодня. Справа — город XVIII века, слева — загород.
Доказательством тому, что район Бабушкиного взвоза был в конце XVIII столетия дальней окраиной, может послужить не так давно обнаруженное здесь во время строительных работ кладбище. А. Н. Минх пишет, что к середине XIX века Большая Сергиевская не просто значительно развилась, но и стала, наряду с Московской, лучшей улицей города. Правда, развилась она не вполне равномерно и не так далеко:

«большая красивая каменная церковь Сергиевская (на левой стороне) и рядом с ней большой каменный дом, занимаемый здешним губернатором М. Л. Кожевниковым, но отсюда начинаются уже маленькие деревянные дома некрасивой архитектуры и только кое‑где между ними возвышаются большие красивые…».

У Набережной Космонавтов, разумеется, есть свои плюсы и минусы. Один из серьёзных минусов — то, что «подчеркнув» со стороны Волги город чередой пятиэтажек, эта же «стена» отгородила старания многих предыдущих архитекторов и владельцев. Прогуливаясь дворами этих парадно-сталинских «хрущёвок», можно обнаруживать, что дворовые фасады, обращённые некогда к Волге, намного интереснее уличных. Характерный пример — дом губернатора Кожевникова (ул. Чернышевская, дом 144). Да и сам дом Чернышевских — классический тому пример: с улицы — одноэтажный не приметный дом, а вот дворовым фасадом в два уровня — фронтон, деревянные колонны, лестницы и балюстрада.
Так же явно свою обращённость к Волге демонстрирует дом князя Баратаева на Князевском, а прежде демонстрировал и дом губернатора Панчулидзева. Именно здесь, выше участка Набережной — от Октябрьской до Бабушкиного взвоза — третья надпойменная терраса, подчёркнутая улицей Мичурина, проявлена наиболее очевидно. Ещё в середине XIX столетия в этом месте был обрыв. Его фиксирует Флегонт Васильевич Духовников:

«А. И. Пыпина мать известного писателя, в детстве часто гуляла по этому оврагу. Вдоль него, как на местности очень живописной, с которой открывается прекрасный вид на Волгу, выстроили себе дома помещики. Дом мужской гимназии, бывший губернатора Панчулидзева, лицевой стороной выходил на Волгу: кроме того, он имел к Волге балкон, который помнят многие старожилы. Другие дома по этому оврагу, как на окраине, тоже выстроены были помещиками: Зевакиным, князем Баратаевым, Неклюдовым и другими».

Трудно поверить, но буквально два столетия назад этот район действительно был настоящей окраиной. Тот же Духовников фиксирует топоним «пеньки» по отношению к пространству около Сергиевской церкви, покрытому пеньками срубленных деревьев, и называя его при этом урочищем.
Многие искренне удивляются, узнав, что участок от памятника К. А. Федину до магазина «Антей» — это вовсе не улица Волжская, ведущая к Липкам и консерватории, а Октябрьская, заводящая, уклонившись вправо, в Глебовраг. Это дань старой геометрии города: улица Октябрьская отмечает границу саратовской крепости, а развилка возле «Антея» закрепилась в самом начале XIX столетия, когда к «лоскутному одеялу» старой крепости была пристрочена чёткая «немецкая планировка». Именно с тех пор все главные улицы, пересекаясь под прямым углом, спускаются с верхней террасы под углом 45 градусов относительно волжского берега. Несколько таких галочек-развилок, родственниц южной крепостной стены, задают квадратно-гнездовую структуру города XIX столетия. Вспомните, поднимаясь от Волги, развилку Некрасова возле домов ИТР, Бабушкин взвоз, взошедший к Липкам, улицу Провиантскую у провиантских складов.

«Дома стоят как бы в театральном амфитеатре. Второй этаж нижележащего дома соответствует подвалу вышестоящего. Все фундаменты и нижние этажи треугольные. <…> Один дом как бы не мешает смотреть другому на главную сцену жизни — Волгу» (Владимир Милашевский. Вчера, позавчера).

Эта грань старого и нового задала трёхчастную структуру, схожую с буквой «ипсилон» — два уличных направления, выстроенных из вертикали взвоза. Фрактал XVIII столетия: дорога на Царицын — Царицынские ворота, дорога на Москву — Московские, главная дорога — Волга, Казанские ворота — причалы-пристани.
Сотни тысяч пудов рыбы и миллионы пудов соли — тысячи тысяч подвод. Академик Иван Лепехин записал: «Соляная и рыбная пристани великое множество привлекают к себе народа, что служит немалою прибылью живущим в Саратове гражданам».
Может, вовсе не случайно герольдмейстер Санти, сочинявший гербы екатерининской империи, положил Саратову в основу греческую букву «ипсилон» из трёх сходящихся в точку и расходящихся в бесконечность стерлядок на голубом поле…

НАЧАЛО: Прогулка первая, прогулка вторая, прогулка третья